| О том, что "юмор в коротких штанишках" может явиться во плоти, мы с фотографом даже и не подозревали - до тех пор, пока Максим Галкин не появился в холле отеля в синих бриджах. Несмотря на ранний час - а 11 утра для Юрмалы рановто, - Галкин был приветлив и за словом в карман не лез. У нас это была уже вторая попытка: накануне Максим отменил встречу, потому что банально не смог проснуться - на пляже неподалеку от его отеля до раннего утра гремел рок-концерт. Нынешней ночью была поп-дискотека, но выглядел наш герой достаточно бодро. "Под поп-музыку уснуть проще, - объяснил он. - Она имеет четкий бит: тыц-тыц-тыц. Подушкой уши закрыл и вроде как убаюкивает: "Белые розы, белые розы, беззащитны шипы" А в рок-музыке тебя постоянно неожиданно преследуют: только привыкнешь, а тут кто-то как заорет: "А-а-а!" И все, никакого сна". За чашкой кофе мы обсудили погоду, природу и творческие планы. Что касается последних, то у Галкина сейчас небольшой перерыв: "Я сейчас сольники даю редко. Я новые номера готовлю". Обсудили строительство его загородного дома: "В конце тоннеля забрезжил свет. Сам дом уже готов, но впереди еще много отделочных работ". Дошли до деликатного вопроса о Филиппе Киркорове. За кулисами "Новой Волны" шептались, что они с Галкиным ходят друг на друга обиженные, за что - непонятно. "Я обиженный? - удивился Максим. - Во-первых, я ни на кого никогда не обижаюсь. Не имею такой привычки. На обиженных воду носят. А во-вторых, я с Филиппом никогда особенно и не дружил. Поэтому о каком-то упадке отношений говорить не приходиться". Эта тема не доставила моему собеседнику удовольствия. "Давай лучше пойдем фотографироваться, - предложил Максим. - Я сейчас покажу место, где одыхал, когда впервые попал в Юрмалу". По дороге он рассказал, что было это в 1989 году, приехали они с родителями, дядей, тетей и двоюродным братом и 24 дня согласно путевке жили в коттедже санатория Военно-морского флота СССР. Тогда же Максим впервые попал на концерт Михаила Задорнова в зале "Дзинтари". "Не уверен, что в 13 лет я все понимал, но было очень весело, - вспоминает он. - А через 10 лет я уже выступал с Зародновым на этой же сцене". Уютный двухэтажный домик с башенкой прятался за кованой оградой, соснами и густой зеленью какого-то кустарника. Разумеется, от санатория ВМФ остались одни вспоминания. Как и все дома начала прошлого века в Латвии, этот был передан наследникам прежних владельцев. За ограду не попасть - посторонним вход воспрещен. Галкин вздохну: "У меня ностальгия по разным местам, где я когда-то был. В один из приездов в Одессу захотел найти папину служебную дачу в районе Чабанки. Там все, конечно, перестроили - 25 лет ведь прошло, а дом и тогда уже был старенький. Я сумел найти только участок, да и то со стороны моря".  Воспоминания прервали возгласы: "Ой, Майк, Майк, можно с тобой сфотографироваться?" Максим не успел ничего сообразить, как его взяла в оборот мама с двумя дочками - из отдыхающих, по всей видимости. "Наверное, они меня с Майком Мироненко перепутали! - засмеялся Галкин, как только те удалились. - Будет, что сейчас Алле рассказать". Раз уж речь зашла об Алле, то мы решили поинтересоваться, как они обычно проводят время в Юрмале. "Обычно проводим, хорошо, - нехотя начал он, но потом разговорился: - Ездили под Юрмалу на пляж, где народу поменьше, позагорали. Песни разучивали. На вечеринку вот ходили, с коллегами пообщались". Ну и, конечно, нельзя было обойти вопрос о свадьбе. В Юрмале все только и обсуждали: поженятся, не поженятся, назначена ли дата? На слове "дата" Максим сразу сделался серьезным: "А вот это пусть останется тайной. И здесь поставим точку."
Источник: Журнал Hello! #32, 11-18 августа 2008 |