Gala: Ваших близких удивило то, что вы стали артистом?

Максим Галкин: Нет, все мои близкие и знакомые всегда знали, что я буду артистом. Я в капустниках выступал и тому подобное ...

Gala: Почему же вас понесло в историко-архивный?

Максим Галкин: Меня «понесло» в лингвистику. В семье считалось – уж извините, - что артист и журналист это не профессии. Точнее, это профессии, которые могут быть вторыми, а не первыми. Надо получить образование, а потом ты можешь стать кем угодно. А я всегда прислушивался и прислушиваюсь к мнению родителей. Вроде есть способности к математике и к языкам. Я выбрал лингвистику. У меня в дипломе написано: структурная и прикладная лингвистика.

Gala: Вы вычленяете структуры речи людей, с которыми оющаетесь или которых пародируете?

Максим Галкин: Подсознательно, наверное, да. Поэтому мне интересно строить диалог на контрасте не только голосов, но и лексики.

Gala: В вашиз самых удачных пародиях поражают именно лексические характеристики. Например, Рената. Кстати, почему вы так часто выступаете именно с этой пародией?

Максим Галкин: Потому что людям это нравится. Часто просят изобразить Ренату.

Gala: Удивительно. Вроде бы и Литвинова – не народная звезда. И пародия ваша нашпигована отсылками к Фрейду и чуть ли не к Фромму... Это означает, что у вас какая-то особая аудитория – не та, что у других юмористов?

Максим Галкин: Да у на всех публика замечательная. Я воспринимаю зрителя как некую совокупность мозгов. Тысячи зрителей в зале – это коллективный разум. Он в любом случае умнее артиста, который выходит на сцену. А Рената... Это особый, идеально синтезированный образ. Иногда это уже и не Рената вовсе. Пародия родилась как импровизация. У меня до сих пор не написан текст – клянусь! Я недавно выступал с этим номером, и первая часть разрослась настолько, что по «Красной шапочке» я уже пробежался галопом. Шуток 15 родилось прямо на сцене.

Gala: Рената ведь примеряла на себя образ дивы. И может быть, успех у публики связан с тем, что людям сегодня смешон этот образ или смешна сама идея женственности?

Максим Галкин: Я думаю, в образе Ренаты синтезирован образ женственности в эпоху капитализации нашей экономики. В эпоху раплыва разнообразной косметики, когда все время тебе сообщают, что ресницы будут длиннее на 200%, щеки розовее на 75%, на 28% меньше морщин! Мне очень нравиться, что они так процентами долбят население – это так впечатляет! Хотя понять, как расчитать эти проценты, совершенно невозможно. Рената – замечательная актриса, но действительно не во всяком уголке нашей родины известная. И публика реагирует уже не на саму Ренату, а на её образ.

Gala: Вам не кажется, что Алла Пугачева, как и Рената Литвинова, активно пародирует или, если угодно, эксплуатирует образ дивы?

Максим Галкин: Ну, Пугачева все-таки значительно ближе к народу. Понятнее к людям.

Gala: А какой женский тип вам ближе – гламурная женщина или попроще?

Максим Галкин: Я искрене надеюсь, что когда Рената выбирала себе этот образ, она относилась к нему с иронией. Это образ эпатажный, интересный, забавный, но ... мне нравятся женщины попроще?

Gala: Рядом с вами может оказаться гламурная женщина?

Максим Галкин: Ну, если только на выходы в свет. А так это очень утомительно. И у женщин сколько времени отбирает гламурный образ – все эти сумочки, аксессуары, новинки! Может это пережиток советского наследия, но у меня в сознании женская «гламурность» всегда связана с неким капризом, жеманностью – качествами, которые я не очень люблю.

Gala: Вы могли бы эмигрировать из России?

Максим Галкин: Ни за что! Я не знаю, что уж такого страшного должно случиться здесь, чтобы я уехал. К тому же моя профессия, которой я занимаюсь, предполагает не просто знание языка, а знание языка на уровне шпиона... И корни мои, естественно, здесь.

Gala: Я так понимаю, ваша семья оказала на вас очень большое влияние?
Максим Галкин: Как и всякая семья, я думаю.

Gala: Вы до сих пор остаетесь маминьким сынком?

Максим Галкин: Во-первых, я не виду ничего дурного в этом определении...

Gala: Я тоже...

Максим Галкин: Да, я с удовольствием остаюсь маменькиным сынком. Очень люблю свою маму. Во всем с ней советуюсь. Редко оставляю её в неведении, где я нахожусь, - не люблю, когда близкие из-за меня нервничают.

Gala: Бытует мнение, что дети из благополучных семей, душевно привязаные к родителям, подсознательно не хотят отделяться от них, создавать семью.

Максим Галкин: Интересно! Не слышал о таком. Но, наверное, это правда. Я, во всяком случае, пока не хочу. Во-первых, я ещё не встретил человека, с которым бы хотел связать жизнь. Во-вторых, мне бы хотелось больше времени уделять своей профессии. Хотя в перспективе я не против того, чтобы стать семьянином с большим количеством детей.

Gala: Это как-то изменит вашу жизнь?

Максим Галкин: Конечно, изменит. Но бросать профессию ради того, чтобы сидетьс детьми, я, конечно, не буду. Постараюсь совмещать.

Gala: Вы хотели бы, чтобы ваша жена тоже работала? Или же вам ближе тип домашней женщины?

Максим Галкин: Я бы очень хотел, чтобы жена работала. Не для того, чтобы она лишние копейки приносила – просто у меня убеждение, что человек, который все время сидит дома ... В общем для этого надо быть очень сильной личностью. Лучше я что-то буду делать по хозяйству.

Gala: Вы действительно готовы к этому? Сейчас, например. Не для жены, а для мамы?

Максим Галкин: Да я делаю! Вполне могу разгрузить посудомоечную машину, загрузить посудомоечную машину...

Gala: А до появления посудомоечной машины помогали по хозяйству?

Максим Галкин: Да, тогда я просто мыл посуду.

Gala: То есть бытовая сторона жизни вас не напрягает?

Максим Галкин: Наоборот! Я даже это люблю: куда приятнее, чем «муки творчества».

Gala: У вас своя квартира?

Максим Галкин: Я пока живу с мамой, но квартиру купил.

Gala: И дизайном её занимаетесь сами?

Максим Галкин: Когда время придет, основательно подойду к этому вопросу.

Gala: У вас в этой области какие вкусы?

Максим Галкин: Люблю уют, комфорт, чтобы красиво было... А в каком именно стиле все это будет выполнено, не суть важно. Хотя ни хай-тек (когда вся квартира состоит из стекла, пластика и металла), ни, наоборот, музейно-антикварный стиль – не для меня. Минимализм тоже не люблю. В общем, должно быть что-то среднее.

Gala: Вы предложили встретиться для этого интервью в кафе фитнес-центра. Вы такой рьяный спортсмен?

Максим Галкин: В Этом фитнес-центре я занимаюсь на тренажерах, но «рьяным спортсменом» быть не получается – не хватает времени.

Gala: А горные лыжи?

Максим Галкин: Езжу кататься, когда есть время.

Gala: На модные курорты? Где «бывают все»?

Максим Галкин: Нет, что вы! Я один раз выехал в Куршевель – но не потому что «там были все». Я вообще стараюсь выезжать туда, где нет никого, - отдохнуть от узнавания. А Куршевель я попал даже не по своей воле: брат выбирал маршрут. И там же случайно! – действительно случайно! – оказалась Пугачева: она вообще была убеждена, что едет кататься в Швейцарию, потому что летела до Женевы. «Ты куда едешь?» - спросил я её. «В какой-то «щавель» - ответила она ... Потом в прессе долго обсуждали эту поездку.

Gala: А вы оба не устали от бесконечного муссирования вашей с Пугачевой «истории»?

Максим Галкин: С Аллой Борисовной мы друзья. А на то, что пишут и говорят, я уже не обращаю внимания. Я внутренне уверен во всем, что я делаю, и поэтому могу не обращать внимания на злословие.

Gala: А если у вас возникнет серьезный роман, вы будете скрывать девушку от прессы, да и вообще от общественности?

Максим Галкин: Вот скрываю же. А не ровен час и не скрою.