Максим Галкин

«По природе своей я дипломат. Думаю, из меня вышел бы неплохой посол. Но это не так увлекательно, как шоу-бизнес»

-         Как Вы, лингвист, стали артистом?

-         Все как-то само собой вышло. Если бы я хотел стать артистом, поступал бы, естественно, в какой-нибудь театральный вуз. Поскольку к актерскому образованию я всерьез не относился, решил поступать в РГГУ.  Учась на факультете лингвистики, я с удовольствием играл в студенческом театре МГУ, куда, как и многие другие, пошел что называется «из любви к искусству». К тому же, наш студенческий театр всегда славился своей уникальной творческой атмосферой, энергетикой, духом свободы.

-         Вы помните свое первое выступление вне стен театра МГУ?

-         Еще бы! «Не забывается такое никогда». Это было в Центральном доме литераторов, я представлял там наш Студенческий Театр, мой номер был принят на «ура», многие известные артисты и писатели подходили ко мне после концерта и говорили теплые слова. После этого вечера, я почувствовал, что в моей жизни что-то коренным образом меняется, появилась уверенность в себе, и хотя мои сценические опыты оставались хобби, я стал постепенно выходить на профессиональную эстраду.

-         Ну, а если бы с эстрадой не сложилось, что тогда?

-         Ничего, поверьте, я бы нашел, чем заняться. Я вообще по природе своей дипломат. Думаю, из меня бы вышел хороший посол. К сожалению, это не так увлекательно, как шоу-бизнес.

-         Как Вы сами себе объясняете свою удачливость в публичных делах?

-         Думаю, мне помогло отсутствие зажатости, закомплексованности.

-         Знакома ли Вам такая вещь, как страх перед сценой? Даже Николь Кидман как-то призналась, что мандражирует перед камерой.

-         Многие талантливые артисты испытывают страх перед сценой. Я естественно волнуюсь перед каждым своим появлением перед зрителями и осознаю степень ответственности перед ними и перед самим собой. Но сама по себе сцена и само выступление перед большой аудиторией меня никогда не пугали, причем в данном случае не играет роли, присутствуют ли в зале именитые люди, олигархи, министры, народные артисты или президент.  

-         Деньги сделали Вас хоть чуточку свободнее?

-         Наверное, в какой-то степени, деньги – это свобода.

-         Вы ездите на «Бентли»…

-         Для меня дорогая машина – это не столько престиж, сколько комфорт, а комфорт – моя слабость.

-         Известность, популярность изменили вас?

-         Если да, то в лучшую сторону – я стал собранней, уверенней в своих способностях, менее занудным, пожалуй. Кто-то, быть может, посчитает, что я стал более вспыльчивым, раздражительным. Хотя это, на мой взгляд, не связано со сменой статуса, а с тем, что я работаю очень много, так много, как никогда. Другие считают, что я слишком серьезно отношусь к себе, слишком заносчив, хотя мне кажется, что в этом случае люди путают заносчивость с серьезным отношением к делу. На самом деле, во мне много самоиронии, быть может, слишком много… Но эти перемены, происходящие во мне, вовсе не означают, что я потерял того, прежнего себя…

-         Ваш папа был генералом-полковником. В чем выразилось его влияние?

-         Я с детства гордился своим отцом, он был талантливым человеком, очень уважаемым в армии. При всей демократичности атмосферы с дисциплиной в нашей семье было довольно строго. Скажем, отец всегда ревностно следил за тем, чтобы в моей комнате был идеальный порядок, так что мне порой приходилось туго. Кстати мое увлечение пародиями пользовалось популярностью уже тогда в компаниях, где я бывал с родителями. Помню, однажды мы с родителями ездили  отдыхать в Сочи. Я сидел за одним столом с тогдашним министром обороны Павлом Грачевым, мы общались, шутили, смеялись, а потом  Грачев со своей супругой  решили прогуляться вдоль причала. Я тихонько подошел к ним…и выдал приветствие голосом Ельцина. А так вокруг нас были правительственные дачи и появление Ельцина, в общем, было возможно, Грачев с супругой не на шутку  перепугались. В общем, шутка удалась!

-          Как произошла ваша «историческая» встреча с Аллой Борисовной Пугачевой?

-         Мы познакомились во время фестиваля «Славянский Базар», нас представил друг другу Филипп Киркоров. Как и для многих других, Алла была для меня недосягаемой, живой легендой. Пугачева  - достаточно замкнутый по натуре человек, можно даже сказать закрытый, особенно для чужих людей. Не знаю почему, но мы сразу нашли общий язык. С тех пор Алла стала моим близким другом.

-         Во что вы любили играть в детстве?

-         Я очень любил строить. Мог часами возиться с кубиками, с конструкторами Lego. Честно говоря, я и сейчас хожу в магазины Lego, особенно в Европе, ищу, знаете, такие детали, чтобы построить какой-нибудь большой дом или замок, с крылечками, окошками, дверцами. Но эти наборы перестали выпускать,  все заполонили «Гарри Поттеры» и «Звездные войны»! Еще я железные дороги люблю, к ним-то сейчас как раз можно купить любые детали. Но я как себе представил, что под это надо специальную комнату выделять, а потом пыль еще с железной дороги вытирать, сразу отказался от этой детской мечты. Да и не буду же я играть один! Так что, пожалуй, отложу покупку до того времени, как дети появятся.

-         В прошлом году в вашей семье произошла трагедия – вы потеряли родителей.

-         После смерти матери и отца самый близкий мой человек – брат Дмитрий, он старше меня на 12 лет. Мы с ним очень много общаемся. Дима, бывший военный, занимается бизнесом, помогает мне во всем.  Родители ушли из жизни, но, что бы я ни делал, внутренне я постоянно руководствуюсь их принципами. В какой бы ситуации я ни находился, найти выход мне помогает мысль о том, что бы сделали, сказали, ответили в данной ситуации мой отец или мама. И я стараюсь жить так, чтобы им никогда не было за меня стыдно.